78RS0008-01-2024-009580-56

Дело № 2-1355/2025                                                             29 сентября 2025 года

    Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Кавлевой М.А.,

при секретаре Дыхалкиной К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Беляевой Ирины Владимировны к Кандрушиной Анне Владимировне о признании договора недействительным, применении последствий недействительности сделки,

у с т а н о в и л:

Беляева И.В. обратилась в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга с иском к Кандрушиной А.В. о признании недействительным договора купли-продажи квартиры по адресу: <адрес>, заключенного 04.07.2024 между сторонами, применении последствий недействительности сделки, ссылаясь в обоснование требований на то обстоятельство, что является собственником квартиры площадью 49,2 кв.м, расположенной по адресу: <адрес>, 04.07.2024 заключила с ответчиком договор купли-продажи указанной квартиры, согласно которому продала свою квартиру ответчику за 7 000 000 рублей, после чего узнала, что стала жертвой мошенников. Истец полагала, что подписание договора купли-продажи своего единственного жилья необходимо для проведения следственных действий, направленных на поимку лиц, решивших завладеть ее денежными средствами и квартирой. В связи с этим все денежные средства, полученные от сделки, истец незамедлительно перевела на счета третьих лиц. Как указывает истец, в силу своего состояния здоровья, возраста, внушаемости не понимала, что в действительности продает квартиру, полагала, что совершаемые ею действия направлены на помощь правоохранительным органам.

Представитель истца в судебное заседание явился, исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, указанным в иске, указал в качестве правового обоснования требований положения ст.ст. 177-179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Представители ответчика в судебное заседание явились, возражали против удовлетворения исковых требований, поддержали позицию, изложенную в письменных возражениях /л.д. 68-75 том 1, 42-44 том 2/, указали на способность истца в момент заключения договора отдавать отчет своим действиям и руководить ими, на добросовестность действий ответчика, которая приобрела квартиру по рыночной стоимости с использованием кредитных денежных средств, с использованием услуг ООО «Домклик».

Представитель третьего лица ООО «Домклик» в судебное заседание явился, считал требования не подлежащими удовлетворению, поддержал позицию, изложенную в письменных возражениях /л.д. 64-71 том 2/.

Представители третьих лиц ПАО «Сбербанк», ООО СК «Сбербанк Страхование» в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, ходатайств об отложении судебного заседания, доказательств уважительности причин неявки не представили.

На основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска исходя из следующего.

Спорным жилым помещением по настоящему делу является двухкомнатная квартира площадью 49,2 кв.м, расположенная по адресу: <адрес>, кадастровый номер <№>

Из материалов дела следует, что указанное жилое помещение принадлежало на праве собственности Беляевой И.В. на основании договора передачи квартиры в собственность граждан от 04.03.1993 (1/3 доля), свидетельства о праве на наследство по закону от 25.02.2010 (2/3 доли).

18.06.2024 между Беляевой И.В. и Г.. был заключен договор с агентом по недвижимости на совершение действий по отчуждению спорного жилого помещения /л.д. 7 том 1/.

04.07.2024 между Беляевой И.В. и Кандрушиной А.В. был заключен договор купли-продажи, на основании которого истец продала ответчику спорную квартиру за 7 000 000 рублей /л.д. 4-6 том 1/.

Стоимость квартиры оплачена ответчиком за счет собственных денежных средств в размере 5 300 000 рублей и за счет денежных средств в размере 1 700 000 рублей предоставленного ПАО «Сбербанк» кредита на основании кредитного договора от 04.07.2024 /л.д. 128-146, 161-163 том 1/, обстоятельство внесения ответчиком оплаты по договору в полном объеме истцом не оспаривается.

Согласно условиям договора купли-продажи и материалам дела расчеты по сделки произведены с использованием номинального счета ООО «Домклик», открытого в ПАО «Сбербанк», 03.07.2024 ООО «Домклик» подготовлено правовое заключение по спорному жилому помещению с целью выявления обстоятельств, которые могут стать основанием для нарушения прав нового собственника /л.д. 156-159 том 1/, Кандрушиной А.В. выдан сертификат на возмещение 7 394 157 рублей на случай утраты права собственности, вселения третьих лиц /л.д. 227 том 1/.

На основании оспариваемого договора купли-продажи 05.07.2024 право собственности в отношении спорного жилого помещения было зарегистрировано за ответчиком, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости /л.д. 39-41 том 2/.

07.07.2024 сторонами подписан акт приема-передачи спорного жилого помещения /л.д. 6 том 1/.

Согласно сведениям Единого государственного реестра недвижимости иного жилого помещения в собственности Беляевой И.В. не имеется /л.д. 38 том 2/.

01.08.2024 Беляева И.В. обратилась в отдел полиции УМВД России по Красногвардейскому району Санкт-Петербурга с заявлением по факту мошеннических действий со стороны неустановленного лица /л.д. 8 том 1/.

Постановлением следователя СУ УМВД России по Красногвардейскому району Санкт-Петербурга от 01.08.2024 возбуждено уголовное дело <№> по признакам преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ, в отношении неустановленного лица.

Согласно материалам уголовного дела, представленным по запросу суда, в ходе предварительного следствия установлено, что в период с 09.03 04.06.2024 по 16.42 29.07.2024, неустановленное лицо, имея умысел на хищение чужого имущества и реализуя его, из корыстных побуждений, с целью наживы, путем обмана, находясь в неустановленном месте, под предлогом сохранения денежных средств на безопасном счете и предотвращению противоправных действий мошенников, действующее от имени сотрудников «Роскомнадзора», «ПетроЭлектроСбыта», «РосФинМониторинга», а также работника «Росреестра», в действительности таковыми не являясь, введя в заблуждение Беляеву И.В., убедило последнюю перевести через терминалы банка ПАО «Сбербанк» принадлежащие Беляевой И.В. денежные средства различными частями в общей сумме 7 671 000 рублей, тем самым причинив своими действиями Беляевой И.В. особо крупный ущерб на вышеуказанную сумму. Постановлением следователя от 01.08.2024 Беляева И.В. признана потерпевшей по уголовному делу.

Согласно протоколу допроса потерпевшей от 01.08.2024 Беляева И.В. пояснила, что 04.06.2024 в мессенджере «WhatsApp» ей позвонил мужчина, представился «Александром», сотрудником «РосФин Мониторинга», назвал ФИО неизвестного ей мужчины (данные мужчины она не запомнила), пояснил, что на этого гражданина оформлена генеральная доверенность от ее имени и он пытается оформить на нее кредит в банке «Почта Банк», сообщил, что ей необходимо упредить мошенников, направиться в ближайшее отделение банка «Почта Банк» самой там оформить кредит, снять со счета денежные средства и перевести их на безопасный счет, который будет открыт для нее «Центральный Банк Российской Федерации». Также «Александр» пояснил, что все денежные средства, которые она будет оформлять в кредит и переводить на безопасный счет принадлежат ЦБ РФ и к ним никого отношения иметь не будет и после проведения операций по переводу денежных средств все кредиты, которые она (Беляева И.В.) откроет под его руководством будут аннулированы и она не будет должна их выплачивать. В дальнейшем, под руководством «Александра» она (Беляева И.В.) направилась в отделение банка «Почта Банк», по адресу: г. <адрес> и оформила в нем кредитную карту на сумму в размере 200 000 рублей. Из них она сняла наличные 181 000 рублей, а оставшуюся сумму потратила на новый мобильный телефон, который указал ей купить «Александр», чтобы установить на него приложение «Мир Рау». После, в 18 часов 15 минут, находясь по адресу: г<адрес> она перевела на указанный «Александром» банковский счет 181 000 рублей, через мобильное приложение «Мир Рау». После перевода денежных средств «Александр» сообщил, что они успешно поступили на безопасный счет и что он свяжется на следующий день. В дальнейшем, в период времени с 06.06.2024 по 07.06.2024, под предлогом «Александра» о пресечения попытки снятия ее денежных средств мошенниками и перевода их на безопасный счет ЦБ РФ, она (Беляева И.В.) перевела на указанные им счета, через мобильное приложение «Мир Рау» еще 401 600 рублей, часть переводов была осуществлена через «МТС-Банк». 08.06.2024 «Александр» снова позвонил ей, сообщив, что ее квартира находится в определенном списке «РосРеестра», через который мошенники смогут получить права на ее квартиру и оформить её продажу, получив с продажи все денежные средства. В связи с этим «Александр» сказал о необходимости предупреждения потери денежных средств и что ей необходимо самой продать квартиру, а денежные средства перевести также на безопасный счет ЦБ РФ. Он также сообщил, что после продажи квартиры и перевода денежных средств к ней (Беляевой И.В.) приедет представитель «РосФинМониторинга» и купит ей новую квартиру, равную стоимости ее, которую она продаст. В дальнейшем с ней (Беляевой И.В.) стал общаться другой сотрудник «РосФинМониторинга», представившийся «Владиславом», специалистом службы безопасности по финансовым мошенничествам в сфере недвижимого жилья. Под руководством «Владислава» она (Беляева И.В.) продала свою квартиру, получив за её продажу 7 000 000 рублей. «Владислав» сам оформлял вызов риелторов, держал с ними контакт и риелтор в конечном итоге выставил квартиру на продажу на сайте «Авито». 04.07.2024 она (Беляева И.В.) подписала договор купли-продажи на вышеуказанную квартиру с Кандрушкиной А.В. Вырученные с продажи квартиры денежные средства в размере 5 597 000 рублей, в период времени с 17.07.2024 по 29.07.2024 она (Беляева И.В.) перевела на указанные «Владиславом» банковские счета, через банкомат банка «Сбербанк», остальные 1 492 000 рублей были переведены ею, по указанию «Владислава» на свой счет в банке «ББР», доступ к которому, по ее памяти, никому не передавала, но в дальнейшем она не смогла в него войти, так как был сменен пароль. После перевода денежных средств «Владислав» сказал, что свяжется позже и более он ей не звонил. О произошедшем она (Беляева И.В.) сообщила своей сестре 31.07.2024, которая пояснила ей, что она (Беляева И.В.) стала жертвой мошенников и что ей необходимо обратиться в полицию.

Указанные объяснения Беляева И.В. также подтвердила в ходе рассмотрения настоящего дела.

Из содержания иска и пояснений истца следует, что намерения на продажу квартиры у истца не было, обстоятельства продажи квартиры связаны с мошенническими действиями неустановленных лиц, поскольку истец полагала, что таким образом она помогает сотрудникам правоохранительных органов.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.06.2008 N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству", во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена судебно-психиатрическая экспертиза.

В соответствии с частью 1 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

В подтверждение своих объяснений истцом было заявлено ходатайство о назначении судебной психолого-психиатрической экспертизы.

Перед разрешением указанного ходатайства судом были истребованы сведения о медицинских учреждениях, в которых истец получала медицинскую помощь, медицинские карты, получены сведения о том, что истец на учете в психоневрологическом диспансере не состояла, на стационарном лечении в СПб ГКУЗ ГПБ № 6 не находилась, а также по ходатайству сторон допрошены свидетели.

Согласно показаниям допрошенной в ходе рассмотрения дела в качестве свидетеля О.., она знакома с истцом с 1975 года, вместе учились в техникуме. Вечером 03.06.2024 истец позвонила свидетелю, плакала и сказала, что у нее отнимут квартиру, подробностей не рассказала, двоюродная сестра истца обратилась в полицию /л.д. 214-215 том 1/.

Свидетель Б. пояснила, что является двоюродной сестрой истца, 03.06.2024 ей позвонила истец, плакала, сказала, что ей позвонили по поводу неоплаченной электроэнергии, попросили назвать СНИЛС и ИНН, она сказала свои данные, потом поняла, что это были мошенники. Свидетель посоветовала истцу заблокировать свои банковские карты, личный кабинет в «Госуслугах», обратиться в полицию, поскольку было поздно, истец сказала, что пойдет в полицию на следующий день. После этого, свидетелю позвонили из Сбербанка, спросили может ли она быть поручителем истца, сотрудник банка также сказал, что скорее всего истец находится под влиянием мошенников. Свидетель попыталась поговорить с истцом, но она вела себя необычно, странно разговаривала. Это происходило 4 и 6 июня 2024 года. Свидетелю перезвонили из полиции, сказали, что отправили участкового в квартиру истца, но она не открыла и не ответила на телефон. После этого, истец перестала отвечать на телефон, сказала, что сама во всем разберется, отказывалась общаться. Про обращение к риелтору истец свидетелю не говорила, об этом свидетель узнала в конце июля 2024 года, когда истец сказала, что ей негде жить и попросилась жить к свидетелю. О желании продать свою квартиру истец до лета 2024 года свидетелю не говорила, желание покупки истцом другой квартиры последовало после сообщения мошенниками о нахождении её квартиры «в разработке» /л.д. 215-216 том 1/.

Свидетель Б.. пояснил, что истец является его двоюродной тетей, ему известно, что истца обманули мошенники, это было 04.06.2024. 05.06.2024 свидетелю позвонила мама (Б. и сказала, что ей позвонили из банка, сказали, что истец хочет взять кредит, оператор банка сообщил, что истец вероятно находится под влиянием мошенников, мать свидетеля позвонила истцу, один раз она взяла трубку и ответила, что все в порядке, потом перестала отвечать на телефон. Мать свидетеля позвонила в полицию, к истцу отправили участкового, но истец не открыла дверь, потом свидетель с матерью поехали к истцу, она вышла во двор и сказала, что всё в порядке, что кредит ей не одобрили, одобрили только кредитную карту. Про продажу квартиры истец сообщила только в августе 2024 года, деньги от продажи перевела на неизвестный счет, до лета 2024 года о желании продать квартиру не говорила /л.д. 216 том 1/.

Свидетель З.. пояснила, что является риелтором, помогала ответчику продать свою квартиру и купить спорную квартиру, с ответчиком свидетель встретилась и договорилась о сделке 05.06.2024, после чего около недели искали для ответчика подходящую квартиру, смотрели квартиры в Красногвардейском районе Санкт-Петербурге, одна из квартир была квартира истца, на ней остановили выбор. Объявление о продажи квартиры истца нашли на «Авито», позвонили по указанному там номеру телефона, ответила риелтор истца. Примерно 26.06.2024 состоялся просмотр квартиры истца, на вопрос о причине продажи истец сказала, что хочет приобрести квартиру поменьше, поближе к родственникам, временно переедет в арендованную квартиру и продолжит искать жилье для покупки. В объявлении о продаже квартиры цена была указана 7 200 000 рублей, сторговали и купили квартиру за 7 000 000 рублей, свидетель присутствовала на сделке по приобретению спорной квартиры, деньги были внесены на аккредитив, после регистрации сделки перешли к продавцу. Квартира была приобретена по рыночной цене, в нормальные для сделки сроки, а именно 26.06.2024 посмотрели квартиру, 04.07.2024 провели сделку, 07.07.2024 подписали акт, 16.07.2024 истец получила деньги. Перед сделкой у продавца были затребованы выписки, справки из ПНД, НК, форма 9. С истцом свидетель виделась 3 раза, изменений в поведении истца не было, с кем-то поговорить истец не отлучалась во время встреч, её действиями никто не руководил /л.д. 218-219 том 1/.

Свидетель Г.. пояснила, что работает риелтором, знакома с истцом, поскольку помогала её продать спорную квартиру. 18.06.2024 истец обратилась к свидетелю по объявлению на «ЦИАН», попросила продать квартиру, свидетель приехала к истцу, сделала фотографии квартиры и разместила их на Интернет-площадках. На вопрос свидетеля о том, будет ли истец покупать другую квартиру после продажи спорной квартиры, истец сказала, что будет заниматься этим вопросом позже, что ей нужно переехать ближе к сестре в другой район города, также истец сказала, что не работает, не хочет оплачивать коммунальные услуги за двухкомнатную квартиру, свидетель отправляла истцу варианты однокомнатных квартир для покупки. Квартира истца была продана ответчику по рыночной стоимости, цена была уменьшена немного, что приемлемо в торге при продаже. Сделка по продаже квартиры была проведена в ПАО «Сбербанк» на ул. Думской, на сделке присутствовали истец, ответчик, свидетель и агент ответчика. На протяжении сделки родственников истца свидетель не видела, общалась только с истцом, при свидетеле истец ни с кем не совещалась, самостоятельно принимала решения /л.д. 4-6 том 2/.

В материалы дела также представлена электронная переписка истца со свидетелем Г. /л.д. 76-131 том 1/, подлинность которой не оспорена, подтверждающая вышеуказанные показания свидетеля об обстоятельствах заключения договора.

Оснований сомневаться в показаниях свидетелей суд не усматривает, доказательств в их опровержение не представлено, свидетели предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. При этом, суд учитывает, что свидетели не обладают специальными познаниями в вопросах психологии и психиатрии.

В соответствии с частью 1 статьи 69 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Не являются доказательствами сведения, сообщенные свидетелем, если он не может указать источник своей осведомленности.

С учетом изложенного свидетельскими показаниями могут быть установлены факты, свидетельствующие об особенностях поведения истца, совершаемых ею поступках, действиях и отношении к ним. Установление же на основании этих и других имеющихся в деле данных факта наличия или отсутствия психического и психологического расстройства и его степени требует именно специальных познаний, каковыми свидетели не обладают.

Определением суда от 02.04.2025 по делу была назначена судебная психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница № 6 (стационар с диспансером)».

Согласно выводам заключения комиссии экспертов СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница № 6 (стационар с диспансером)» № 3239.1895.2 от 15.07.2025 Беляева И.В. в юридически значимый период каким-либо психическим расстройством, лишающим ее способности понимать значение своих действий и руководить ими не страдала. Согласно анализу представленных материалов гражданского дела, медицинской документации, данных анамнеза, самоотчета и психолого-психиатрического обследования, наследственность испытуемой психопатологически не отягощена, психофизическое развитие протекало по возрасту, окончила общеобразовательную школу, получила специальность, устойчиво занималась трудовой деятельностью. В течение жизни признаков какого-либо психического расстройства не выявлялось, данных о госпитализациях в психиатрические стационары, учете у врача-психиатра нет. Согласно справке СПб «ПНД № 8» от 24.06.2024 психических расстройств на момент осмотра обнаружено не было, по данным справки от 21.06.2024 СПб «Городская наркологическая больница» диспансерно-поликлиническое отделение наркологический кабинет Красногвардейского и Центрального районов испытуемая на учете у врача-нарколога не состояла. В ходе проведенной в рамках уголовного дела амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы (ноябрь 2024 года) у Беляевой И.В. какого-либо психического расстройства диагностировано не было, по заключению комиссии экспертов по своему психическому состоянию испытуемая в период совершения в отношении нее преступления (с 04.06.2024 по 29.07.2023) психическим расстройством не страдала, могла правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для дела, и давать показания по существу совершения в отношении нее преступления. При настоящем обследовании у испытуемой какой-либо психопатологической симптоматики не выявлено, обнаружена достаточная сохранность эмоционально-волевой сферы, интеллектуально-мнестических, критических и прогностических способностей. В представленной медицинской документации каких-либо выраженных психических нарушений, в том числе, нарушения когнитивных, эмоционально-волевых, критико-прогностических способностей у Беляевой И.В. не описано. Повышенной внушаемости и подчиняемости у Беляевой И.В. не выявляется, однако ей присуща подчиняемость нормам, правилам, авторитетам, исполнительность, ответственность. Психологический анализ материалов гражданского дела, медицинской документации и результатов настоящего обследования выявил, что в период заключения договора купли-продажи имущества Беляева И.В. находилась в особом психологическом состоянии, характеризовавшемся зависимым поведением с полным подчинением указаниям звонивших ей лиц, искаженным пониманием происходящего, со снижением критической оценки получаемой информации, и снижением способности к самостоятельному принятию решений. Психологическое состояние Беляевой И.В. в исследуемой ситуации было обусловлено сочетанием целенаправленного интенсивного манипуляторного воздействия на нее со стороны неустановленных лиц (с использованием специальных техник и приемов воздействия), ее индивидуально-психологических особенностей и эмоционального состояния, характеризовавшегося выраженным эмоциональным напряжением, тревогой. Несмотря на внешнюю целенаправленность действий Беляевой И.В., её решения о совершении юридических действий (оформление договора купли-продажи с последующим переводом денег на указанный ей счет) сформировалось под влиянием не соответствующих действительности представлений о происходящем, искаженного смыслового восприятия и оценки ситуации в целом /л.д. 27-28 том 2/.

Согласно части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 данного кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

В пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении" разъяснено, что заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не являются исключительными средствами доказывания и должны оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (статья 67, часть 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Оценка судом заключения должна быть полно отражена в решении. При этом суду следует указывать, на чем основаны выводы эксперта, приняты ли им во внимание все материалы, представленные на экспертизу, и сделан ли им соответствующий анализ.

В соответствии с частью 3 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

С учетом изложенных норм права, заключение эксперта не обязательно для суда, но должно оцениваться не произвольно, а в совокупности и во взаимной связи с другими доказательствами.

Надлежащих доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы либо ставящих под сомнение ее выводы, суду не представлено, ходатайств о назначении повторной либо дополнительной экспертизы не заявлено.

Кроме того, выводы судебной экспертизы поддержала допрошенная в судебном заседании 29.09.2025 эксперт К., проводившая судебную экспертизу в составе комиссии экспертов СПб ГКУЗ «Городская психиатрическая больница № 6 (стационар с диспансером)», которая указала, что экспертами были исследованы все материалы дела, установлено отсутствие у истца повышенной внушаемости, не выявлено психического расстройства, но выявлено нахождение истца в период заключения договора в особом психологическом состоянии, характеризовавшемся зависимым поведением с полным подчинением указаниям звонивших ей лиц, искаженным пониманием происходящего. Данное состояние продолжалось во время всей криминальной ситуации, истец жила в придуманном чужими людьми мире, истец понимала, что продает квартиру, однако у нее было искаженное восприятие, почему она это делает и каковы будут последствия. У истца была искажена мотивация своих поступков, ее подвели к этому решению, это было не ее решение.

Суд не усматривает оснований ставить под сомнение достоверность заключения экспертизы с учетом проведения экспертизы компетентными экспертами, имеющим значительный стаж работы в соответствующих областях экспертизы, в соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» на основании определения суда о поручении проведения экспертизы. Содержание экспертного заключения в полном объеме отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из имеющихся в распоряжении экспертов документов, основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы.

Согласно пункту 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии со статьей 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом (пункт 1).

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (пункт 2).

Пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

По договору купли-продажи недвижимого имущества (договору продажи недвижимости) продавец обязуется передать в собственность покупателя земельный участок, здание, сооружение, квартиру или другое недвижимое имущество (статья 130) (пункт 1 статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В пункте 50 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по смыслу статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации при решении вопроса о правовой квалификации действий участника (участников) гражданского оборота в качестве сделки для целей применения правил о недействительности сделок следует учитывать, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

Указание в законе на цель данных действий свидетельствует о том, что они являются актом волеизъявления, в основе которого лежит воля соответствующего лица к достижению определенных правовых последствий.

Заключение договора вследствие мошенничества, при котором потерпевшее лицо не осознает правовые последствия своих действий, считается неправомерным актом, противоречащим существу законодательного регулирования понятия сделки. В отличие от заключения сделки под влиянием обмана, где у лица есть воля на вступление в договорные отношения, которая сформирована несвободно в силу наличия заблуждения относительно каких-либо обстоятельств, в данном случае у потерпевшего отсутствует всякое намерение установить гражданские права и обязанности (Обзор судебной практики по делам о банкротстве граждан, утв. Президиумом Верховного Суда РФ 18.06.2025).

В пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2025 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что, по смыслу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определяет, какие нормы права следует применить к установленным обстоятельствам. Суд также указывает мотивы, по которым не применил нормы права, на которые ссылались лица, участвующие в деле. В связи с этим ссылка истца в исковом заявлении на не подлежащие применению в данном деле нормы права сама по себе не является основанием для отказа в удовлетворении заявленного требования.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской от 24.06.2008 N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" разъяснено, что при определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела. Поскольку основанием иска являются фактические обстоятельства, то указание истцом конкретной правовой нормы в обоснование иска не является определяющим при решении судьей вопроса о том, каким законом следует руководствоваться при разрешении дела (пункт 6).

Исходя из изложенного, суд не связан правовой квалификацией, даваемой истцом относительно заявленных требований (спорных правоотношений), которая может быть как правильной, так и ошибочной, а должен рассматривать иск исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

Исходя из предмета и оснований заявленных требований, фактических обстоятельств дела, суд считает необходимым применению к спорным правоотношениям положения ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (п. 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (пункт 5 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные статьей 167 настоящего Кодекса (пункт 6 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Таким образом, при решении вопроса о существенности заблуждения по поводу обстоятельств, указанных в части 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, необходимо исходить из существенности данного обстоятельства для конкретного лица с учетом особенностей его положения, состояния здоровья, характера деятельности, значения оспариваемой сделки.

В этой связи, по смыслу приведенной нормы права, сделка признается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался, заблуждение предполагает, что при совершении сделки лицо исходило из неправильных, не соответствующих действительности представлений о каких-то обстоятельствах, относящихся к данной сделке. Так, существенным является заблуждение относительно природы сделки, то есть совокупности свойств (признаков, условий), характеризующих ее сущность.

Вопреки доводам ответчика, вопрос о том, является ли заблуждение существенным или нет, должен решаться судом с учетом конкретных обстоятельств каждого дела исходя из того, насколько заблуждение существенно не вообще, а именно для данного участника сделки.

Согласно разъяснениям, данным Конституционным Судом Российской Федерации в определении от 31.05.2022 N 1313-О, статья 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающая ориентиры, которым должны следовать суды при определении того, являлось ли заблуждение, под влиянием которого была совершена сделка, настолько существенным, чтобы его рассматривать в качестве основания для признания сделки недействительной, а также последствия признания такой сделки недействительной, обеспечивает защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена.

По смыслу статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации заблуждение относительно условий сделки, ее природы должно иметь место на момент совершения сделки и быть существенным. Сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду.

Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он не совершил бы, если бы не заблуждался.

Заблуждение может проявляться в том числе в отношении обстоятельств, влияющих на решение того или иного лица совершить сделку.

В подобных случаях воля стороны, направленная на совершение сделки, формируется на основании неправильных представлений о тех или иных обстоятельствах, а заблуждение может выражаться в незнании каких-либо обстоятельств или обладании недостоверной информацией о таких обстоятельствах.

С учетом указанных норм права и разъяснений по их применению, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, принимая во внимание пояснения сторон, показания свидетелей об обстоятельствах совершения оспариваемой сделки, выводы заключения судебной экспертизы, установленные в ходе предварительного следствия по уголовному делу обстоятельства, подтвержденные материалами уголовного дела, суд приходит к выводу о том, что воля Беляевой И.В. на реальную продажу квартиры отсутствовала, а заблуждение было настолько существенным, что она, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку по продаже спорной квартиры, если бы знала о действительном положении дел: о совершении в отношении нее неустановленными лицами мошеннических действий - хищения ее имущества путем обмана.

Кроме этого, из материалов дела, выводов заключения судебной экспертизы следует, что у истца при заключении оспариваемого договора имелся порок воли на заключение сделки, при заключении оспариваемого договора Беляева И.В. находилась в состоянии, когда ее способность правильно воспринимать обстоятельства была снижена, её решение о заключении договора купли-продажи с последующим переводом денег на указанный ей счет сформировалось под влиянием несоответствующих действительности представлений о происходящем, искаженного смыслового восприятия и оценки ситуации в целом.

Из материалов дела следует, что намерений на продажу квартиры у Беляевой И.В. <дата> рождения не было, квартира получена истцом в порядке приватизации и наследования, является единственным местом жительства истца, обстоятельства продажи квартиры связаны с мошенническими действиями неустановленных лиц, поскольку истец полагала, что таким образом она помогает сотрудникам правоохранительных органов, с позиции истца, совершение оспариваемой сделки было направлено на то, чтобы уберечь себя от мошенников и спасти свое имущество.

Таким образом, Беляева И.В. была подвержена заблуждению относительно природы сделки, внушению со стороны неустановленных лиц, не имела намерения отчуждать спорное жилое помещение и не имела целью достижения правовых последствий, вытекающих из статьи 549 Гражданского кодекса Российской Федерации. Учитывая, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, суд считает, что по делу представлены достаточные и допустимые доказательства, позволяющие прийти к выводу о заключении истцом сделки с пороком воли.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требований в части признания недействительным договора купли-продажи жилого помещения - квартиры по адресу: <адрес> кадастровый номер <№>, заключенного 04.07.2024 между Беляевой И.В. и Кандрушиной А.В.

В силу п. 6 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные ст. 167 настоящего Кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе, если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона.

В соответствии с п. п. 1, 2, 4 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Суд вправе не применять последствия недействительности сделки (п. 2 настоящей статьи), если их применение будет противоречить основам правопорядка или нравственности.

По смыслу приведенных положений следует, что последствием недействительности сделки является возврат сторонами всего полученного по сделке.

Эта норма не предусматривает при вынесении решения о недействительности сделки возможности усмотрения суда в применении или неприменении двусторонней реституции, так как эти последствия возникают в силу закона.

При этом для применения двусторонней реституции не требуется предъявления соответствующего иска стороной, которая возражает против признания сделки недействительной.

Как следует из материалов дела, денежные средства по договору купли-продажи квартиры были перечислены ответчиком в размере 7 000 000 рублей, которыми истец распорядилась в пользу третьих лиц.

Обстоятельств, свидетельствующих о наличии предусмотренных п. 4 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации оснований для неприменения последствий недействительности сделки, возникновения заблуждения вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона, в ходе рассмотрения дела не установлено.

Таким образом, с учетом приведенных положений действующего законодательства, суд считает необходимым применить последствия недействительности сделки в виде возврата спорного жилого помещения в собственность Беляевой И.В. со взысканием с последней в пользу ответчика уплаченных по договору денежных средств в размере 7 000 000 рублей.

Вопреки возражениям ответчика, рассматриваемые требования основаны на обстоятельствах недействительности сделки и предусмотренных законом последствиях недействительности сделки, в связи с чем положения ст. 302 Гражданского кодекса Российской Федерации к спорым правоотношениям применению не подлежат, обстоятельство добросовестности приобретателя имущества не исключают возможности применения последствий недействительности сделки.

Ссылки ответчика и третьего лица ООО «Домклик» на п. 5 ст. 178 Гражданского кодекса Российской Федерации не свидетельствуют в данном случае об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований, при этом суд учитывает обстоятельства отчуждения спорной квартиры по цене ниже кадастровой стоимости при срочности оформления договора.

С учетом изложенного и руководствуясь ст.ст. 56, 67, 68, 71, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи жилого помещения - квартиры по адресу: <адрес>, кадастровый номер <№>, заключенный 04.07.2024 между Беляевой Ириной Владимировной и Кандрушиной Анной Владимировной.

Применить последствия недействительности сделки, возвратить квартиру по адресу: <адрес>, кадастровый номер <№> в собственность Беляевой Ирины Владимировны.

Взыскать с Беляевой Ирины Владимировны в пользу Кандрушиной Анны Владимировны денежные средства в размере 7 000 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца путем подачи апелляционной жалобы через Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья

Мотивированное решение изготовлено 13 октября 2025 года.